Человек на Балканах. Государство и его институты: гримас политической модернизации (посл. четверть XIX — нач. XX в.)

Р. Гришина (отв. редактор)

 

 

А. И. Филимонова

 

Католическая акция в Югославии 1918-1929 гг.  [*]

 

 

В истории развития хорватского национального сознания XIX в. являлся временем национального пробуждения и борьбы за объединение хорватских земель, прежде всего, территорий, принадлежащих к различным государственным объединениям и типам культуры. На переломе XIX — начала XX вв. определялось направление духовного развития и культурного облика хорватского народа, ведущая роль в национальном движении принадлежала молодым представителям интеллигенции, получившим образование в университетах за пределами хорватских земель — пламенным приверженцам идей Масарика и его «реалистической школы». Развиваемые ими на территории Хорватии, Славонии, Срема и Далмации среди аристократии и городских слоев общества идеи либерализма, рационалистической философии и атеизма постепенно доносились и до более широких слоев крестьянства.

 

Проникновение новых идеологических веяний было воспринято римско-католическим духовенством как посягательство на христианскую духовность, догматы, институты и права римско-католической церкви. Демократическая идеология, в том числе и «священная триада» — «свобода, равенство, братство» и социалистические теории св. престолом в целом ряде энциклик — «Allocutio» (1849), «Quanta сига» (1864), «Sylabus» (1871), «Ниглапит genus» (1884), «Nobilissima Galorum»> (1884), «Immortale Dei» (1885), «Libertas» (1888), «Rerum novarum» (1891), «Graves de communi78 (1901 г.), «Fermo preposito» (1905 г.) — подверглись обличению как воинствующие антихристианские доктрины, в противовес которым римская церковь сформулировала учение Социального католицизма (в начале XX в. более распространенным стало название Католическая акция), направленного на укрепление религиозного сознания («католического чувства»)

 

 

*. Статья написана при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ) проект No 05-01 -01297а.

 

 

296

 

и объединение верующих-католиков в систему различного типа римско-католических организаций.

 

Центрами католического антилиберального движения стали Словения, Хорватия и Славония, главным союзником и опорой римско-католического духовенства в борьбе против демократических идей — «гибельного свободоумия», от которого «исходит ядовитый запах серы» [1], стали иезуиты, в 1900 г. получившие возможность вернуться на югославянские земли.

 

В рамках Социального католицизма, направленного на консолидацию словенского и хорватского народов на твердой религиозной основе при ведущей роли римско-католической церкви как важнейшего национального института и руководителя общественно-политической жизни, развивались католические движения, католические общества, конгрегации и политические партии.

 

В Словении влияние католического движения расширялось посредством общенациональных католических конгрессов (1892, 1900, 1906, 1913 гг.), на которых высший католический клир, католические интеллектуалы и политики, близкие к церкви, обсуждали облик будущего католического общества, социальные и экономические реформы, разрабатывали методы, посредством которых наука, искусство, система воспитания и образования должны были перейти под «крыло церкви». В результате в Словении было основано значительное число католических обществ, среди которых наиболее известным и влиятельным являлось «Общество св. Леона» — своеобразный сплав национальной матицы и академической науки, ставшее средоточием национальной интеллектуальной элиты. Задачей его было противостояние вызовам современной философии, контролирование прессы и издательского дела с тем, чтобы не допустить широкого распространения печатных работ, причиняющих вред римско-католической церкви или ущемляющих религиозные чувства католиков.

 

Первый католический конгресс, предназначенный для хорватов-католиков «всех хорватских земель», был проведен в Загребе в начале сентября 1900 г. Папа Лев XIII поддержал идею съезда духовенства Хорватии, Славонии, Далмации, Истрии и Боснии и Герцеговины, особенно хорватской молодежи, поскольку именно на нее возлагалась обязанность «под знаменем Сердца Иисусова «рго aris et focis» за веру и отечество сражаться отважно и бесконечно» [2]. На конгрессе стратегическая цель

 

 

1. Цит. по: Екмечић М. Стварање Југославије 1790-1918. Београд, 1989. Т. 2. С. 510.

 

2. Булајић М. Мисија Ватикана у Независној Држави Хрватској. Београд, 1992. С. 123.

 

 

297

 

римско-католической церкви на югославянских территориях была определена как отделение римокатоликов от либеральных идей, тактической задачей стало формирование религиозно-национальной программы хорватского народа.

 

Участниками конгресса было принято восемь резолюций, касающихся социальной, просветительной, культурной, пропагандистской и политической роли церкви в наступающем XX веке. В первую очередь разграничивались сферы компетенций церкви и государства: в резолюции «О взаимоотношениях государства и церкви» отмечалось, что и церковь, и государство являются богоданными институтами, обязанностью государства является забота о гражданской, светской сфере. Церкви же вверялась «важнейшая сфера человеческой жизни — духовная». Отношения между церковью и государством, обладающими собственными суверенными правами, регулировались на основе взаимной поддержки во всех вопросах (кроме догматических) и договорных начал (конкордата). Католики обязывались соблюдать гражданское законодательство, однако в том случае, если оно будет противоречить церковным установлениям, резолюция предписывала верующим «под руководством епископата» использовать «все морально оправданные средства с целью упразднения законов, противоречащим церковным нормам» [3]. Таким образом, римско-католические прелаты признавали безусловный примат церковных постановлений над государственным законодательством и обязывались возглавлять борьбу католического населения с государством, характер которого будет трактоваться церковью как «антикатолический». Указанная резолюция Первого общехорватского католического конгресса является ключом к пониманию политической роли югославянских католических иерархов в Королевстве СХС (с 1929 г. — Королевстве Югославии).

 

На конгрессе подчеркивалась социально-политическая роль церкви в современном мире: в условиях расширяющегося влияния либеральных изданий, «прибирающих к рукам правителей и народы» и «разлагающих умы миллионов людей», католической печати предназначалась задача стать передовой линией обороны веры и культуры римско-католического мира от разрушительных западноевропейских антихристианских идей [4].

 

В начале XX в. на югославянских территориях Габсбургской монархии отмечается развитие Католической акции в пяти направлениях: создание массовых католических обществ, политических партий, охват системы

 

 

3. Korenić S. Prvi hrvatski katolički sastanak održan u Zagrebu dne 3., 4. i 5. rujna godine 1900. Zagreb, 1900. S. 42-43, 97-98.

 

4. Ibid. S. 126-127.

 

 

298

 

образования, печати и искусства. Первостепенной ее задачей являлось просвещение всех слоев населения римско-католическим учением с перспективой построения общества, пронизанного католическими христианскими ценностями, второстепенной — борьба с либеральными и революционными течениями.

 

Первую задачу с успехом выполнил епископ о. Крка А. Махнич, прекрасно осведомленный и осознающий смысл современных идейных и философских течений и их возможную опасность для римско-католической церкви. Он стал основателем хорватского католического движения, магистральным направлением деятельности которого стала работа с молодежью — учениками и студентами, для которых на основе идейного инструментария христианской демократии Льва XIII и европейских социальных католических движений с приспособлением их идеологий к условиям и потребностям хорватского общества создавались молодежные католические организации религиозно-просветительного характера, сначала студенческие и ученические, а затем они распространились на все слои населения. Молодое поколение хорватских интеллектуалов под руководством Махнича посредством публикаций в католических изданиях «Хрватска стража» и «Риечке новине» отстаивало интересы и права римско-католической церкви и участвовало в развернувшихся дискуссиях по поводу ее роли и места в современном мире.

 

В 1913 г. по проекту Махнича было создана организация «Хорватский католический народный союз», выполняющий функции культурно-просветительного центра для всех хорватов-римокатоликов с целью создания христианской хорватской культуры. Правила ХКНС определяли его задачу как «образование и подготовка крестьян и рабочих для работы в различных партиях и организациях, общинах и государственных органах...» и вовлечение в работу церковных политических организаций всего хорватского народа, «вплоть до последнего человека» [5]. Кроме того, Союз был призван исполнять функции информационного и координационного центра для всех уже существующих католических обществ.

 

Одновременно с созданием культурно-просветительских обществ был основан «Хорватский христианский рабочий союз» для оказания помощи пролетариату в борьбе с развивающимся капитализмом. Среди студенческих и ученических организаций ведущую роль играли хорватские католическое объединения «Хрватска» (Вена), «Антунович» (Будапешт), «Качич» (Инсбрук), «Препород» (Грац), «Домагой» (Загреб) и др., специально для школьников была создана организация «Сердце Иисуса» с мно-

 

 

5. Ibid. S. 50.

 

 

299

 

гочисленными филиалами, католическую интеллигенцию в Дубровнике объединяло «Католическое общество Бошкович». Перед ними ставилась конкретная цель: вытеснять из школ, гимназий и университетов организации «либерально-демократической» направленности.

 

Хорватские прелаты как «псевдопатриотичное» осудили хорватское национальное движение, развивающееся вне рамок римско-католической церкви, и призвали формировать хорватское национальное сознание исключительно по направлению, заданному церковной иерархией [6].

 

Главными католическими организациями на селе были «Мариинские конгрегации», созданные иезуитами еще в XVI в., затем реформированные и адаптированные к идеологии социального католицизма. Система мариинских конгрегации была перенесена на югославянские территории из Австрии сначала в Словению, а затем — в Хорватию. Мариинские конгрегации имели ячейки, объединяющие различные категории населения по территориальному, половому, возрастному и профессиональному критериям. Особое внимание уделялось укреплению католического сознания среди детей (дошкольников объединяло общество «Мариинский садик») и женщин. Под контролем местного священника на собраниях члены общества обсуждали все жизненно важные вопросы через призму социального учения католической веры. Кроме задачи социального и национального воспитания, конгрегации имели и определенную политическую цель: перед выборами в представительные органы проводились специальные заседания, на которых осуществлялась агитация за определенных католических кандидатов. Кто не голосовал за католического кандидата, исключался из конгрегации из-за «нехристианского образа жизни». Влияние «Мариинских конгрегации» значительно возросло после проведения в монархии в 1910 г. реформы избирательного права, в результате которой в политическую жизнь общества включилось около трех миллионов крестьян.

 

Различного рода музыкально-хоровые католические общества рассматривались как важные инструмент социальной консолидации населения, образцом для подражания служило объединение «Хорватские кораллы», в котором культивировались национальная музыка и пение.

 

В области политической сложился блок партий, тяготевших к католи-цизации хорватского общества на основе принципов Католической акции. Центром притяжения стала «Чистая партия права» Й. Франка («франковцы»), в 1895 г. отделившаяся от правашского движения А. Старчевича и «Хорватское католическое объединение», созданное в Боснии и Герцеговине сараевским архиепископом Й. Штадлером — соратником престолонаследника

 

 

6. Екмечић М. Стварање Југославије 1790-1918. Београд, 1989. Т. 2. С. 518.

 

 

300

 

Франца Фердинанда и лидера христианских социалистов Австрии Карла Луегера. В идеологии указанных партий содержались постулаты о переустройстве монархии на основе триализма, о борьбе с растущим сербским национальным движением в империи Габсбургов и включении Боснии и Герцеговины в орбиту хорватских национальных интересов. Курс римско-католических политических групп на католицизацию хорватской национальной политики и активизацию Католической акции значительно усилился после аннексии Боснии и Герцеговины Австро-Венгрией в 1908 г.

 

Таким образом, с 1900 по 1918 гг. хорватский народ находился на историческом распутье между определяющей ролью Ватикана и Католической акции на его судьбу и собственным путем национального развития.

 

Католическая акция была призвана осуществлять работу с католическим населением таким образом, чтобы в противовес подрывающим основы религиозного сознания либерально-демократическим идеям, «злодейскому капитализму», «экстремистскому марксизму» и национальным течениям, не находящимся «под крылом святой церкви», объединить все слои католического населения, утвердить в его среде преданность св. престолу, подготовить почву для выполнения глобальных стратегических планов Римской курии на Балканах (недаром хорватскому народу римским папой было присвоено почетное звание «Antemurale Christianitatis» — оплот христианства) и сформировать новый тип политической элиты, прошедшей школу католических организаций, в иерархии ценностей которой на приоритетном месте будут находиться права и интересы римско-католической церкви.

 

На заключительном этапе Первой мировой войны при решении югославянского вопроса в противовес сербскому центру объединения югославянских народов сложился мощный фронт католических политических сил, опирающихся на поддержку Ватикана и привнесших в процесс создания югославянского государства собственную идеологию, методы политической борьбы и свои представления о конечном результате югославянского объединения.

 

1 августа 1917 г. Бенедикт XV (понтификат 1914-1922 гг.) направил главам союзнических государств ноту с изложением плана мирного урегулирования. Ее автором был высокопоставленный иезуит В.Ледоковский, который в качестве основы послевоенного устройства Европы предложил довоенный статус-кво, т.е. сохранение Австро-Венгерской монархии [7]. Во второй половине 1917 г. св. престол стал инициатором переус-

 

 

7. Novak V. Magnum Crimen: Pola veka klerikalizma u Hrvatskoj. Beograd, 1986. S. 47.

 

 

301

 

тройства монархии, при этом ударившись сразу в две крайности: с одной стороны, он предлагал создать «Великую Хорватию» до реки Дрины, а с другой — превратить Австро-Венгрию в федеративное государство и создать в ее границах югославянское национальное образование. Вплоть до окончания войны римской курии не удалось согласовать эти взаимоисключающие варианты.

 

В конце 1917 г. св. престолом был проведен ряд акций, указывающих на изменение восточной политики римско-католической церкви. В рамках «кирилло-мефодиевской» программы приведения православных народов к унии папа Бенедикт XV подтвердил «почетное наименование» хорватского народа — «столп христианства» («Antemurale Christianitatis»), завершил кодификацию церковного права, в качестве самостоятельной в мае 1917 г. выделил Конгрегацию Восточной церкви и в октябре 1917 г. основал «Папский институт по изучению Востока» [8].

 

Перед «Божьим народом» римская курия поставила провиденциальные религиозные задачи и неразрывно связала его судьбу с судьбой католической церкви [9]. Целью новых папских учреждений стала подготовка священников к миссии прозелитизма на Балканах и в России [10]. С одной стороны, эти учреждения были призваны ослабить влияние Сербии как центра югославянского объединения, с другой — идея приведения к унии православного населения юга Балканского полуострова курией была высказана открыто.

 

30 мая 1917 г. на заседании австрийского парламента от имени югосла-вянских народов Габсбургской империи была обнародована декларация, известная как «Майская декларация Югославянского клуба». В декларации указывалось, что народные представители, объединившиеся в Югославянском клубе, на основе принципа национальностей и хорватского государственного права выражают стремление к объединению всех земель монархии, населенных словенцами, хорватами и сербами, в единое самостоятельное государственное образование под скипетром Габсбургской династии [11]. Декларацию подписали следующие члены Югославянского клуба: А. Корошец, И. Шуштершич М. Лагиня, И. Продан, Я. Крек, В. Спичич, Й. Биянкини и др.

 

 

8. Лазић М. Крсташки рат Независне Државе Хрватске. Београд, 1991. С. 73.

 

9. Там же. С. 23.

 

10. Živojinovič D., Lučić D. VarVarstvo u ime Hristovo: Prilozi za Magnum Crimen. Beograd, 1988. S. 199.

 

11. Petranović В., Zećević M. Jugoslavija 1918-1988: Zbirka dokumenata. Beograd, 1988. S. 84.

 

 

302

 

Статус православной церкви и сербского народа при объединении католических народов в рамках Австро-Венгрии в декларации не оговаривался, принцип равенства вероисповеданий не упоминался. Конституция монархии и статьи конкордата Австрии с Ватиканом определяли католическое вероисповедание как государственную религию монархии и обеспечивали государственную поддержку и защиту только ей. Принятие сербов в качестве равноправных граждан в югославянское государственное объединение не означало введения равноправия католического и православного вероисповеданий.

 

В сентябре 1917 г. в Любляне по инициативе епископа А. Еглича состоялась встреча словенских политиков и католического духовенства. Результатом проведенных совещаний стало издание 15 сентября «Люблянской резолюции», которую подписали А. Колан, Й. Труден (каноники), И. Шуштершич (лидер клерикальной Словенской народной партии), А. Еглич (люблянский епископ, идеолог СНП), Ш. Тавчар и К. Триллер (члены СНП) и др. Люблянская декларация более отчетливо повторила тезисы Майской декларации. Майская декларация и резолюция 15 сентября 1917 г. показали неизменность политических предпочтений югославянских католических кругов, связанных с Габсбургской династией и католической церковью. Католическое духовенство Истрии, Дубровника, островов Хвара, Виса, Пага, Пашмана, Крка, Цреса и Лошиня подтвердили свою поддержку Майской декларации, считая, что она оживила политическую деятельность католических кругов на юге монархии и способствовала их вовлечению в решение югославянского вопроса. В заявлениях со стороны католического духовенства из Вараждина, Сеня, Новиграда, Риеки в качестве единственной югославянского объединения признавался принцип хорватского государственного права. Загребская архиепископия также подтвердила свою приверженность принципу хорватского государственного права для обеспечения единства и независимости хорватов, сербов и словенцев. Лидер Партии права А. Павелич назвал Майскую декларацию победой хорватской государственной идеи с точки зрения восстановления древнего хорватского государства на территории вплоть до р.Дрины и Земуна в противовес «югославянству, которое является лишь сном, грезой, фантазией...» [12].

 

Против Майской декларации осенью 1917 г. выступил боснийский архиепископ Й. Штадлер, заявивший об угрозе поглощения хорватской католической культуры в случае объединения Хорватии с Сербией и Черногорией и потребовавший создания этнически чистого хорватского

 

 

12. Ibid. S. 94-96.

 

 

303

 

государства до р. Дрины. Архиепископ противопоставил декларации программу «решения государственно-правового вопроса на юге монархии в хорватском смысле, на основании хорватского государственного права, посредством неприкосновенного сохранения хорватской национальной и государственной индивидуальности» [13]. Штадлер заявил следующее: «Мощную Габсбургскую монархию мы рассматриваем как наилучшую защиту против наших исторических противников, которые с удовольствием протягивают руки к хорватским территориям. Мы остаемся традиционно верны императору и империи, но требуем, чтобы государственно-правовой вопрос на юге монархии был решен... таким образом, чтобы Хорватия, Славония, Далмация, Босния и Герцеговина и Хорватская Истрия объединились... в единый неделимый государственный союз с Габсбургской монархией» [14]. Словенцы из этого союза исключались. Штадлер заявил о готовности хорватов оказать им содействие в формировании их собственного национального объединения. Сербов епископ предполагал включить в «Великую Хорватию» [15].

 

Клерикальные издания — загребские «Новине» и «Католички лист», сплитский «Дан», махничева «Хрватска стража» — требовали от югославянской политической элиты отказаться от свободомыслия и в решении югославянского вопроса подчиниться авторитету католической церкви. «Дан» заявлял, что в противном случае «хорватская идея будет растворена в единстве с сербами» [16]. Епископ Махнич и редактор его газеты «Хрватска стража» иезуит А.Алфиревич считали, что хорваты не могут в полной мере реализовать принцип национального самоопределения, поскольку связаны обязательствами перед св. престолом.

 

В новых условиях, указывал Махнич, католическая политика должна перейти на новый уровень, к иному образу действий, поскольку в условиях разрыва югославянских народов со своей традиционной покровительницей — Россией — они, наконец, смогут вернуться к своей истинной вере — католицизму. Он выразил уверенность, что Сербия с радостью допустит к себе католических миссионеров, особенно в Белград. Махнич утверждал, что только от политики, проводимой в русле Майской декларации, можно ожидать истинного прогресса католицизма как на Балканах, так и на Востоке вообще [17].

 

 

13. Šišić F. Dokumenti о postanku kraljevine Srba, Hrvata i Slovenaca 1914-1919. Zagreb, 1920. S. 103-104.

 

14. Ibid. S. 104.

 

15. Ibid. S. 104.

 

16. Ibid. S. 62-63.

 

17. Ibidem.

 

 

304

 

Таким образом, поиск путей решения югославянского вопроса для югославянских католических иерархов лежал в плоскости подготовки почвы для создания в будущем югославянском государстве наиболее благоприятных условий для развития католицизма с перспективой превращения данного государства в моноконфессиональное.

 

В 1918 г. под давлением изменившихся геополитических условий (военного поражения Австро-Венгрии и Германии и итальянской оккупации части югославянских территорий) католические прелаты поддержали идею создания югославянского государства, но при этом они не отказались от выполнения стратегических планов римско-католической церкви.

 

С 1918 г. отмечается резкое усиление Католической акции. В Королевстве СХС ее целью являлось утверждение и распространение католического мировосприятия во всех сферах жизни. Основное внимание по-прежнему, в соответствии с энцикликой папы 1884 г. (о праве церкви на создание общественных церковных организаций), уделялось формированию религиозных, культурно-просветительных, общественно-политических и спортивных объединений католической церкви среди всех категорий общества, католические иерархи отстаивали идеи необходимости участия церкви в светской власти, в жизни гражданского общества и праве церкви осуществлять контроль над институтом брака и семьи, над религиозным, идейным и нравственным обучением молодежи на всех ступенях образовательного процесса.

 

30 ноября 1919 г. Бенедикт XV обратился к верующим с энцикликой «Maximum illud», главный смысл которой заключался в усилении миссионерской и прозелитистской активности как первоочередной обязанности каждого католика в мире. Преемник Бенедикта XV, папа Пий XI (понтификат 1922-1939 гг.), в своей энциклике «Rerum ecclesiae» определил дальнейшую политику церкви, которой предстоит завоевать весь мир.

 

Выполнение миссионерских задач Ватикана в рамках Католической акции происходило по двум направлениям: сначала население православного и любого иного вероисповедания обращалось в католицизм, затем все римо-католики (сербы, немцы, чехи, словаки, словенцы, итальянцы, русины и венгры) Хорватии, Славонии и Далмации объединялись в единую категорию «хорватской национальности». Таким образом, осуществлялась трансформация Хорватии в гомогенную территорию без национальных меньшинств [18].

 

 

18. Жутић Н. Римокатоличка црква и хрватство од илирске идеје до великохрватске реализацје 1453-1941. Београд, 1997. С. 156.

 

 

305

 

В Дубровнике в период с 1918 по 1941 г. в национальной и социальной сферах проходило два процесса: поддержка и проведение католическим духовенством (особенно через газету франковцев «Prava crvena Hrvatska») хорватской национальной пропаганды и переселение римо-католиков (не сербов) на его территории. Римско-католическая церковь оказала решающее воздействие на ликвидацию сербского идентитета: с одной стороны, население Дубровника сознательно от него отказывалось из опасения восстановить против себя римско-католическую церковь, с другой стороны, переходя в католическую веру, они постепенно утрачичвиали свое национальное сознание [19].

 

Методика изменения национального сознания молодежи с югославянского на хорватское показана Б. Перовичем — основоположником хорватского католического молодежного движения в Дубровнике — на примере созданного им католического ученического общества. По его собственному признанию, после создания югославянского государства Дубровник не имел ни одной ячейки хорватского католического движения, «в то время среди учащихся Дубровника, в частности, в дубровницкой гимназии тогда было всего лишь три или четыре ученика, открыто признающими себя хорватами. Так же обстояло дело и в других школах. Все остальные определяли себя как югославяне... Мои первые ученики в обществе были преимущественно югославянами, или, точнее, не хотели называться хорватами... Я, со своей стороны, не ставил вопроса о политической ориентации учеников. Но, организовывая в первую очередь учащихся-католиков, я не хотел привлекать в общество учащихся югославянской ориентации» [20]. Далее Перович указывает, что «по прошествии не очень долгого времени мои ученики отбросили свое романтическое югославянство... Уже на четвертый год существования нашего общества среди них больше не было югославян... Примерно через восемь лет, в тридцатые годы, за время диктатуры Александра.., хорватами стали не только члены общества, но, посредством нашей газеты, и все учащиеся Дубровника, которые объединялись вокруг нашего общества и с нами участвовали в важных событиях, будь то торжество, процессия или культурное мероприятие... Позднее писали, что Перович похорватил учащихся Дубровника, но это была лишь часть правды; не только я работал в этом направлении... Я лишь заставил их ощущать себя хорватами...» [21].

 

 

19. Там же. С. 189.

 

20. Perović B. Hrvatski katolički pokret. Moje uspomene. Roma, 1976. S. 69-70.

 

21. Ibid. S. 71.

 

 

306

 

Вытеснение сербского населения началось в Дубровнике и Южной Адриатике в конце XIX — начале XX вв., в 30-40-е гг. XX в. римско-католический прозелитизм и коммунистический способ решения национального вопроса стали завершающей стадией процесса, в результате которого сербский идентитет остался лишь на о-вах Адриатического моря Млет, Корчул, Ластово и Вис [22].

 

О прозелитской активности римско-католической церкви по переведению сербов в католицизм и в хорватов которские власти 14 июля 1924 г. министерству внутренних дел КСХС отправили следующее сообщение: «Разные государства и власти, в течение прошлых веков владевшие Бокой, всеми силами стремились ослабить, уничтожить и вытеснить сербский элемент, который не мог сносить ярмо чужестранного рабства. Австрия, долго управлявшая Бокой, проводила эту политику с наибольшим размахом. Чтобы достичь наилучшего результата, она через католических священников, профессоров и чиновников, не являвшихся жителями Боки, инициировала среди ее населения религиозную ненависть и нетерпимость, а последние 40 лет провоцировала и этническую рознь и вражду, посредством католиков хорватов, которые ей слепо подчинялись и являлись орудием в руках облаченных властью» [23].

 

23 декабря 1922 г., в первый год своего понтификата, Пий XI издал энциклику «Ubi arcano Dei», в которой главную цель обозначил как «возвращение Христу королевского скипетра в семье и обществе», поставил задачу найти новые организационные формы для охвата всех верующих-католиков и всех сфер общественной жизни. Таким образом св. престол утвердил основные направления Католической акции на европейских

 

В энциклике папа констатировал наиболее важные нарушения прав церкви в современном мире: «...отлучение религии от школы, косвенные и прямые нападки на веру, в результате которых дети приобретают убеждение, что для благополучной жизни Бог и религия особого значения не имеют... Поскольку школа лишена Бога и его законов, ликвидируется сама возможность формирования совести молодежи и устройства жизни на основах уважения к Церкви — Богом установленной хранительницы, единственно способной объяснить истину.., только она имеет поистине неисчерпаемый источник силы для изгнания из частной и общественной жизни человека материализма, принесшего столько зла; для

 

 

22. Жутић Н. Римокатоличка црква и хрватство од илирске идеје... С. 190.

 

23. Цит. по: Žutić N. Rimokatolička crkva i Hrvatststvo u Crnoj Gori i Boki u prvoj polovini XX vijeka // Istorija 20 veka. Beograd, 2001. Br. 2. C. 41.

 

 

307

 

объединения всех сословий граждан и всех народов в единое тело — истинное братство.., облагородить достоинство человека и общественные институты гражданского общества в направлении глубокого понимания смысла святых обязанностей... Только Церковь — правда и сила Христова — способна должным образом формировать сознание. Не существует ни одного человеческого института, способного обеспечить все народы единым международным законом, подобно существовавшей в средние века христианской обители — Божественного института, принадлежащего всем народам, стоящего над всеми народами и обладающего верховной властью. Лишь Церковь Христова, наделенная божественными полномочиями и обладающая великими традициями, показала способность справляться с такими великими начинаниями... Необходимо вернуть Иисуса Христа в гражданское общество... Поскольку лишь Бог является источником власти, за Церковью должно быть признано право, определенное ей Создателем, быть наставником и главой всех остальных учреждений не с целью умалить их власть, но усовершенствовать их и реставрировать Христово Царство» [24].

 

«Ubi arcano Dei» объединила предыдущие общественно-социальные проекты Пия X и Бенедикта XV и стала единой программой деятельности римско-католической церкви. Особое внимание в энциклике уделялось созданию «разнообразных и полезных учреждений по просвещению умов здоровой религиозной культурой», «объединению клира и мирян для поддержки и расширения католических миссий среди неверующих с целью расширения Христова Царства и обретения варварскими народами вечного спасения», а также объединениям и конгрегациям молодежи, религиозным женским и мужским обществам, задачей которых провозглашалось проведение многолюдных и торжественных манифестаций, крестных ходов и процессий в городах, а также организация многочисленных евхаристических конгрессов (диоцезиальных, общенациональных и международных).

 

Католическая печать, католические организации, массовые мероприятия религиозного и общественного характера были призваны защитить права церкви, прежде всего относящиеся к воспитанию и образованию подрастающего поколения, в энциклике неоднократно подчеркивалось приоритетное направление Католической акции — воспитание молодежи на твердых христианских (католических) началах. Не менее важной задачей римско-католическая церковь считала отстранение государства

 

 

24. Архив Србије и Црне Горе. Фонд 63 («Министерство правде KJ, Поверљива архива»). Фасцикла 6.

 

 

308

 

от «дела спасения душ», от «божественного устройства самой Церкви» и от «прав Бога в гражданском обществе».

 

Комплекс идейных программ и католических организаций, объединенных понятием Католическая акция, по представлениям папы, должны были непрерывно развиваться и укрепляться, пастырям и верующим предписывалось предпринимать новые инициативы в деле укрепления католицизма. Кооперация клира и мирян должна защитить государство от новых опасностей, исходящих, прежде всего, со стороны политических движений, «вторгающихся в людские ума и сердца, заражающих их вирусом морального, правового и социального модернизма» [25].

 

В отличие от прежней, новая Католическая акция переходила к «тесному сотрудничеству мирян и иерархического апостолата». Это означало, что все существующие до сих пор католические движения и организации передавались в ведение церковной иерархии, которая с этого времени принимала на себя руководство и полноту ответственности за их деятельность.

 

По поводу участия Католической акции в политических процессах св. престол декларировал ее «полный аполитичный характер», запрет ее «проводникам» на вмешательство в политическую борьбу, из сферы ее компетенции исключался любой вид тайной и секретной деятельности. Основной курс был взят на создание на основе Католической акции разветвленной общественной структуры, признанной властью. Католикам, занимающим видные руководящие посты, запрещалось занимать ответственные должности в организациях Католической акции, чтобы ее не дискредитировать.

 

Однако одновременно указывалось на необходимость «информировать католиков о политических партиях в нужном направлении и научить их пользоваться политикой в интересах церкви» [26] Непререкаемый авторитет римско-католической церкви, папа Пий XI, в послании к лиссабонскому кардиналу о задачах Католической акции отметил, что «Католическая акция не должна в прямом смысле слова вмешиваться в политику, но своих членов она должна подготовить к управлению политикой, которая во всем должны быть проникнута христианскими принципами» [27].

 

 

25. Архив Србије и Црне Горе. Фонд 63 («Министерство правде KJ, Поверљива архива»). Фасцикла 6.

 

26. Архив Србије и Црне Горе. Фонд 38 («Centralno presbiro predsedni tva ministarskog saveta 1929-1941»). Фасцикла 611.

 

27. Архив Србије и Црне Горе. Фонд 38 («Centralno presbiro predsedni tva ministarskog saveta 1929-1941»). Фасцикла 611.

 

 

309

 

«Католички тједник», рупор Католической акции, выходящий под патронатом архиепископа И. Шарича в Сараево, неоднократно указывал на невозможность для членов Католической акции вступать в партии, в которых доминируют иноверцы. Шарич отмечал, что «Католическое движение является единым стволом, ветви которого — Католическая акция, религиозные общества, и католическая политика», при этом Католическую акцию следует отличать от политических партий. Тем не менее, по мысли Шарича, все указанные сферы деятельности церкви необходимы, поскольку «они являются различными формами единого Католического движения» [28].

 

От непосредственной политической сферы отделялось общественно-социальная, призванная «взращивать» социальных вождей, однако с в. престол рекомендовал напрямую социальные организации не создавать, ограничиваясь косвенной поддержкой их лидеров.

 

Различным католическим народам Пий XI не предложил единой схемы Католической акции, он поставил одну главную цель: введение христианских принципов во все сферы человеческой жизни. По каждому направлению деятельности Католической акции в определенном церковном диоцезе предписывалось создать собственный координирующий центр. Однако организационная структура и конкретные программы реализации Католической акции на местах могли варьироваться, епископат обладал необходимой свободой маневра.

 

Так, в Германии епископская конференция поддержала Католическую акцию, но никакие новые организационные формы введены не были. Все уже существующие на тот момент католические организации были переведены под руководство церковной иерархии. Во Франции правила Католической акции были выработаны епископами лишь в 1931 г., они предусматривали две основные формы создания католических организаций: по профессиональному и территориальному критериям.

 

Основные принципы Католической акции на территории Королевства СХС заимствовались от итальянской Католической акции, которая была строго разделена по диоцезам и находилась в прямом подчинении епископам, назначавшим ее руководителей из рядов либо духовенства, либо мирян. Характер итальянской Католической акции также определялся как аполитичный, ее руководству и рядовым участникам предписывалось «избегать во внешней форме всего, что свойственно и традиционно для политических партий». Профессиональные объединения и ремесленные

 

 

28. Архив Србије и Црне Горе. Фонд 38 («Centralno presbiro predsedni tva ministarskog saveta 1929-1941»). Фасцикла 611.

 

 

310

 

синдикаты, основанные исключительно с духовными и религиозными целями должны были продолжать свою деятельность и «наилучшим образом, в соответствии с католической природой страны согласовывать межклассовое сотрудничество с социальными и национальными целями». Молодежным обществам Католической акции предписывалось вместо спортивно-манифестационной деятельности сосредоточиться на проведении просветительных и культурных мероприятий «с религиозными целями» [29].

 

Энциклика «Ubi arcano Dei» расколола католический мир Королевства СХС (духовенство и мирян) на сторонников и противников Католической акции. В Хорватии и Словении к тому времени уже существовало разветвленное католическое движение, занимающееся религиозными, просветительными, социально-экономическими и политическими вопросами. В его рамках были созданы многочисленные в основном молодежные (ученические и студенческие) организации религиозного, просветительного и общественно-политического характера, каждая со своим определенным центром.

 

На хорватских территориях цитаделью молодежного католического движения являлся Сеньорат — структура, объединяющая выпускников высших учебных заведений, осуществляющих генеральное руководство Хорватским католическим движением.

 

Сеньорат сформулировал собственную идеологию, цели и методы деятельности и не согласился с перспективой перехода руководства движением в руки епископата. Иерархов, в свою очередь, не устраивала ситуация чрезмерного сосредоточения власти и влияния у «сеньоров». Кроме «вопроса о власти», разногласие между Сеньоратом и епископатом заключалась в определении характера югославянского католического движения после 1922 г. Сеньорат твердо придерживался своей прежней позиции, заключающейся в том, что католическое движение хорватов и словенцев в первую очередь должно быть политическим, национальным и социальным. Епископат настаивал на его полном подчинении директивам св. престола и перенесении «центра тяжести» на Католическую акцию.

 

На изучение смысла и принципов Католической акции и соотнесения нового проекта св. престола с уже существующим католическим движением югославянский прелатам потребовалось определенное время. Период с 1922 по 1927 гг. характеризуется как переходный, в течение

 

 

29. Архив Србје и Црне Горе. Фонд 372 («Посланство КЈ при светој Столици у Риму 1919-1945»), Фасцикла 10.

 

 

311

 

которого церковная иерархия осторожно готовилась к новому виду деятельность.

 

Рупор загребской архиепископии, «Католички лист» в 1925 г. стал на позицию защиты ведущей роли духовенства в Католической акции в противовес организациям, минующим местных епископов. В газете отмечалось, что все епископы должны стать проводниками Католической акции [30]. Председателем ХКНС, в соответствии с директивами Католической акции, был назначен епископ Й. Ланг.

 

Перестройка прежнего католического движения являлась следующей первоочередной задачей после создания «апостолата мирян». После проведения в октябре 1927 г. епископской конференции правила всех католических организаций были пересмотрены в сторону реорганизации и согласования со уставом и структурой Католической акции. На конференции было принято решение сохранить аполитичный характер католических организаций, не исключая при этом возможности создания священниками и мирянами особых «политических клубов» при условии соблюдения догматов, моральных принципов и норм римско-католической веры.

 

«Папской гвардией», главной опорой св. престола при реализации Католической акции в Королевстве СХС являлись молодежные спортивные общества под необычным наименованием «орлы».

 

«Орловское» движение проникло на югославянские территории из Чехии, распространившись сначала в Словении, а затем в Хорватии. После окончания Первой мировой войны в феврале 1919 г. в рамках Хорватского католического народного союза выделилась «Молодежная секция». После завершения работы съезда хорватской католической молодежи в г. Комце (август 1919 г.) в Хорватии создавались собственные «орловские» организации по образцу словенских «орлов». Загребчане посещали «орловские» слеты в Словении, на Пасху 1920 г. в Загребе под руководством словенца Павлина прошли представления и манифестации «орловских» секций. В том же году в Мариборе прошел общий слет «орловских» организаций, в котором принимали участие около 5 тыс. хорватов. В 1921 г. «Молодежная секция» трансформировалась в отдельную организацию, получившую свое окончательное оформление на Первом конгрессе католических молодежных обществ в Загребе (3 декабря 1922 г.). Председателем ХКМС стал Ханс (Иван) Мерц. Затем был основан единый «Югославянский союз орлов» с центрами в Загребе и Любляне, располагающий 250 филиалами и насчитывающий 5970 членов и 13027 кандидатов [31].

 

 

30. Цит. по: Perović B. Ор. cit. S. 98.

 

31. Милошевић З. Ко је Ханс (Иван) Мерц? // Српске органске студије. Пале, 2003. No 3. С. 454.

 

 

312

 

В 1923 г. «Югославянский союз орлов» разделился на две организации: люблянский центр оставил за собой название «Югославянский орловский союз», его руководство считало, что орловские организации являются светскими, а не церковными и в своей деятельности не должны напрямую зависеть от церкви. Противоположную позицию отстаивали лидеры загребского центра, в 1923 г. принявшего название «Хорватский орловский союз» (ХОС), в первую очередь, Иван Мерц, полагавшие, что «орловство» — не светское, а религиозно-культурное течение, базирующееся исключительно на догматах римско-католической церкви и подчиняющееся церковным иерархам во всем, в том числе и в вопросе формирования национальной идеологии и политики.

 

Рост «орловских» организаций послужил поводом для Иво Протупилаца, избранного на пост председателя «Хорватского орловского союза», выдвинуть претензии на превращение своей организации в главный мобилизационный центр католической молодежи. Первый шаг в этом направлении был сделан на учредительном собрании Союза в декабре 1923 г., результатом которого стало присоединение Хорватского католического союза учащихся к ХОС.

 

В этом же году на слете в Брне был проведен «орловский» съезд, принявший решение не ограничиваться рамками спортивной активности и включить в сферу своей компетенции воспитательное и просветительное направления. В результате «орловское» движение укрепилось и стало приобретать все больший размах. В провинциях была поддержана идея создания «орловских» организаций как динамичное развитие одного и того же движения, как новый тип «апостолата», и в уже существующих ученических организациях стали создаваться «орловские» секции. Большинство священников и мирян поддержали новые инициативы руководства «орловских» организаций. Во всех хорватских областях началось возникновение новых «орловских» обществ [32].

 

«Орловство» стало массовым католическим движением хорватской молодежи. Его главными характеристиками стало единство, дисциплина, строгое подчинение и централизация управления. Однако его неотъемлемой чертой являлась чрезмерная идеализация целей Католической акции, в то время, как его руководство стремилось превзойти и растворить в своем составе прежние католические организации, устранить со своего пути все, что препятствует «свободному полету орлов». И. Про-тупилац отмечал, что «у всех перед глазами реял идеал великого движе-

 

 

32. Ibid., S. 105.

 

 

313

 

ния, которое своей силой, числом и энергией сможет создать мощный католический фронт... Мы все хотели одного: чтобы была создана единая молодежная организация» [33]. Согласно его представлениям, католическое движение не может базироваться на двух разных основах: молодежном движении, с одной стороны, и на «орловском», с другой, поскольку руководство молодежного движения — Сеньорат — отстаивает необходимость существования своего самостоятельного движения, и ряды «орлов» при таком подходе пополняются «по остаточному принципу» [34].

 

Прежнее Хорватское католическое движение было эффективно, однако, по мнению высших церковных иерархов, в его деятельности присутствовали серьезные проблемы: определенный «любительский компонент», нерешенность вопроса о взаимоотношении руководства движениям с епископатом и неопределенность статуса священников в католических организациях. Кроме того, представители Хорватского католического движения взяли на себя смелость самостоятельно вмешиваться в политическую борьбу. Энциклика «Ubi arcano Dei» повлияла на изменение позиции югославянских католических прелатов: с этого времени они отказались от собственных инициатив, положившись целиком на волю св. престола. На сторону Католической акции перешли иезуиты, архиепископ И.Шарич и духовенство сараевской архиепископии (через свою газету «Католички едник» они настаивали на радикальном наступлении Католической акции и на ее ярко выраженном национастическом характере).

 

11 февраля 1925 г. св. престол выступил еще с одной глобальной инициативой: в послании «Quas primas» учреждался праздник Царя Христа. Таким образом, Пий XI вернулся к тезису о римско-католической церкви, «охватывающей универсум» под единственной властью Царя Христа, т.е. его «наместника на земле» — римского папы. Праздник был установлен с намерением ежегодно напоминать государственным властям всего мира, что в политической, общественной, культурной и иных сферах деятельности следует уважать желания и законы католической церкви.

 

С 1925 г. в Королевстве СХС отмечается усиление Католической акции. Ее главной целью с этого времени стало превращение римокато-ликов в «католиков в истинном смысле этого слова», для которых «существует только одна мысль — Иисус, одна любовь — Церковь, одна страсть — душа ближнего и один-единственный величественный идеал святого отца: окатоличевание Земного шара миссионерами и мирянами

 

 

33. Цит. по: Perovič B. Ор. cit. S. 104.

 

34. Ibid., S. 106.

 

 

314

 

апостолами». От римо-католиков требовалось мыслить и говорить: «Мир должен стать католическим» [35].

 

Задачей «апостолата мирян» являлась поддержка апостольской деятельности духовенства. От мирян-«апостолов» требовалось стать более набожными, более преданными церкви и папе, активно пропагандировать идеи св. престола, способствовать оживлению церковной жизни, защищать интересы церкви, а также своим участием в церковной жизни, воспитанием и образованием детей являть пример истинной религиозно-нравственной жизни.

 

Отдельные функции в Католической акции вменялись католическим обществам, задачей которых являлось воспитание и формирование католической элиты, т.е. католические организации должны были стать «рассадниками» ватиканской идеологии.

 

Существенной характеристикой Католической акции была дисциплина, по выражению папы, «цепь», неразрывно связующая церковную иерархию и верующих на основе безусловного подчинения и уважения к иерархам римской церкви.

 

Обобщенная характеристика Католической акции заключалась в том, что она являлась сотрудничеством мирян в особой миссии церкви: «спасении и освящении душ». Такое сотрудничество существовало на протяжении веков. Но отличительной чертой Католической акции в Югославии после 1918 г. стало массовое привлечение верующих-мирян к социальной деятельности церкви, участие их «в социальном апостолате», т.е. «в расширении социального Королевство Христова». Под Католической акцией понималась та деятельность мирян, при которой они будут содействовать «утверждению Тела Христова в католическом мире» и «расширению христианства среди языческого мира». При этом имелось в виду расширение внутреннего Королевства Божьего не только в душах, это входило в функции и прежних религиозных акций. Новая Католическая акция отличалась тем, что «в мирском человеческом обществе она призвана создать условия и предпосылки все большего расширения внутреннего Королевства Божия» [36].

 

И. Мерц, идеолог Католической акции, стал римско-католическим политиком, который утвердил принципы Католической акции в общественно-политической жизни хорватского народа и популяризовал ее в молодежной среде. С одной стороны, это является ключевым вкладом Мерца в упрочение принципов католицизма среди верующих, а с другой сторо-

 

 

35. Цит. по: Милошевић З. Указ. соч. С. 451.

 

36. Цит. по: Там же. С. 452.

 

 

315

 

ны, впоследствии, в годы Второй мировой войны, послужило одним из источников идеологии усташей, поскольку Католическая акция тяготела к реализации идей «Великой Хорватии» с границами до р.Дрины, к окатоличиванию и этнической «чистке» сербов с их исторических территорий к западу от Дрины (Крайны, Боснии и Герцеговины, Славонии, Далмации и Воеводины) [37]. Заслуги Мерца в реализации Католической акции были настолько велики, что ему был присвоен «титул» пионера Католической акции. Он пользовался огромным уважением в стане усташей, об этом свидетельствует количество публикаций о нем в период существования НГХ (1941-1945 гг.): в 1941 г. вышло 36 текстов, в 1942 г. — 58, в 1943 г. — 77, в 1944 г. — 43, в 1945 — всего 6 (но такая сравнительно небольшая цифра объясняется не потерей интереса к культовой фигуре, а близившимся концом фашистского режима в Хорватии) [38]. В усташской прессе Иван Мерц представлен как «идеал новой Хорватии», как «святой новой Хорватии» [39], улица в Баня-Луке получила его имя. Римско-католическая церковь установила акции под названием «День Мерца», «Год Мерца», «Молитвенный день Мерца» и т.д., используемые не только для популяризации личности Ивана Мерца и его «святости», но, прежде всего, для расширения идеологии Католической акции.

 

Протупилац, в отличие от Мерца, не был религиозным фанатиком, однако у него были «великие амбиции», он был опытным стратегом, великолепным оратором и отличным организатором. Всю свою энергию он посвятил движению «орлов» и сменивших их «крижаров» (крестоносцев). Этому человеку была свойственна железная воля, жертвенность и авторитаризм. Формальные правила для него (в том числе и правила «орлов» и «крижаров») по сравнению с практическими акциями всегда отходили на второй план. Он не выносил длительных философских споров, интеллектуальных дискуссий и обсуждений последних культурных веяний. В своем окружении Протупилац не терпел сильных личностей и интеллектуалов (особенно членов Сеньората и принятых в их среде теоретических дискуссий). Диктаторские приемы в сочетании с долей авантюризма позволили ему реализовывать свою железную волю через «орлов-крижа-ров». Образ единого «великого» католического молодежного движения органично соединился с его личными амбициями и твердым убеждением в том, что он может выполнить миссию руководства новым мощным «католическим фронтом». В результате его деятельности «орловство»

 

 

37. Там же. С. 457.

 

38. Там же. С. 455.

 

39. Там же. С. 455.

 

 

316

 

(«крижарство») развилось в самую многочисленную и влиятельную организацию на хорватских территориях, оно насчитывало около 40 тыс. человек [40]. Таким образом, заслугой Протупилаца являлось создание организации общенационального молодежного католического движения. После утверждения новой Католической акции основные социально-политические вопросы стали решаться с наиболее радикальных националистических позиций.

 

К концу 20-х гг. римско-католическая иерархия сконцентрировала свои усилия на ниве религиозной и национально-просветительской деятельности: основывались новые организации (например, «Хорватская католическая неделя» под руководством Ю. Шчетинца), систематически проводились «евхаристические» конгрессы, торжественно отмечался «папский» день, на котором традиционным оратором являлся И. Протупилац. Также расширялась католическая печать, беспрепятственно выходили газеты, ориентированные на учащихся: «Жар» — Дубровник, «Лахлор» — Сплит, «Ружа» — Широки Брег, «Цвиет» — Високо, «Нада» — Травник и др. с задачей осуществления «нового католического ренессанса» [41].

 

События 1929 г. знаменовали собой начало нового этапа в развитии Католической акции. 6 января 1929 г. король Александр Карагеоргиевич провозгласил введение режима личной власти и запретил все существующие политические партии и все (кроме «Югосокола»), общественные объединения, в том числе и католические общества.

 

Однако меры, предпринятые Белградом, не смогли остановить развитие хорватских католических организаций: «орлы» были переименованы в «Крижарское братство», во главе которого снова стал Протупилац. Газета «Народна политика» продолжала выходить (с 1 июля 1929 г. под названием «Хрватска стража» [*]), декларируя себя как издание внепартийное и аполитичное. Ее редакцию осуществляли ведущие интеллектуалы из рядов римско-католической клерикальной интеллигенции (Доминик Премуш, Велемир Дежелич-ст., Владимир Кердич, Велемир Дежелич-мл., Мария Матулич, Милан Страхинишчак, Степан Маркулин, Йосип

 

 

40. Perović B. Ор. cit. S. 110.

 

41. Dimić Lj. Žutić N. Rimokatolički klerikalizm u Kraljevini Jugoslaviji: 1918-1941: Prilozi za istoriju. Beograd, 1992. C. 391.

 

*. Первой католической газетой была «Riječke novine». основанная в 1912 г., в 1914 г. властями она была запрещена, ее издание было перенесено в Загреб под названием «Novine», затем газета стала называться «Narodna politika».

 

 

317

 

Лончарич, Янко Шимрак, Любомир Маракович, Йосип Андрич, Мате Уевич и др.), проповедовавшие римско-католический клерикализм.

 

В правилах «Крижаров», утвержденных в январе 1930 г., указывалось, что данная организация является «римско-католической религиозной миссией», цели которой заключаются в «соединении с Христом ради победы Христова Креста» посредством просвещения, образования и всеобщего обновления человеческого общества. Задачей общества провозглашалось «создание во всех областях государственной жизни филиалов Крижарс-кого братства и Крижарского сестринства», проведение съездов, курсов, лекций и т.д., фундаментальное христианское образование и духовное совершенствование общества на твердых католических принципах [42].

 

Загребский архиепископ А. Бауэр, возглавлявший умеренное течение среди римско-католических прелатов по сравнению с франковцами, на начальном этапе развития Католической акции воспринимал ее как средство борьбы римско-католической церкви с идеологией либерализма. Однако в связи с давлением Пия XI на католический епископат европейских стран с целью интенсификации усилий по реализации Католической акции и, несмотря на запрет католических организаций после 6 января 1929 г., А. Бауэр 3 января 1930 г. вынужден был одобрить правила «крижарской» организации, заменившей «орлов» и поддержать намерение И. Протупилаца стать во главе радикальной религиозной организации. Алоиз Степинац, семь лет воспитывавшийся иезуитами в Риме, после смерти А.Бауэра в 1937 г. ставший загребским архиепископом, совместно с И. Протупилацем боролся за легализацию «крижаров», содействовал созданию новой организации Католической акции — «Хрватски юнак» (хорватский герой) с откровенно фашистским характером и во второй половине 30-х гг. провозгласил «новое рождение» Католической акции на хорватских территориях [43].

 

В результате проведения Католической акции югославянское католическое население, политическая элита которого прошла школу католических движений и организаций, оказалась в более выигрышном положении в аспекте формирования и укрепления, в том числе на территориях со смешанным составом населения хорватского национального и католического религиозного сознания. Православная церковь подобных акций не проводила и оказалась не в состоянии оказать отпор экстремистским националистическим и религиозным устремлениям.

 

 

41. Архив Србије и Црне Горе. Фонд 63 («Министерство правде KJ, Верско oделењe»). Фасцикла 6.

 

42. Dimić Lj. Žutić N. Ор. cit. S. 111, 114-115.

 

[Previous] [Next]

[Back to Index]